The EHU Times

Привет нашим читателям и читательницам! На связи The EHU Times с рубрикой «Интервью с преподавателями». Наш сегодняшний гость – Андрей Анатольевич Горных – любезно согласился обсудить такую непростую тему, как поиск себя.

О концепции «Я»

Для всех, конечно, эти слова означают разное, но в конце концов сводятся примерно к одному: как понять, кто я так_ая и на своем ли я месте? Вместе с нашим гостем, выпускником философского факультета, мы попытаемся раскрыть тайну этой концепции «себя» через небольшую беседу, и узнаем, что же под этими словами понимает сам преподаватель.

«Вообще, понять то, чем ты хочешь заниматься, мне кажется, можно скорее от обратного. Часто трудно определиться с тем, чего именно ты хочешь, а вот то, чего ты точно не хочешь, уловить гораздо проще. И уже от этого можно более уверенно двигаться в направлении своей цели», – рассуждает преподаватель.

«Можно сказать, что школа во многом для этого и существует – там я могу определиться с тем, чего я не хочу. С одной стороны, задача школы – загрузить в память массу самой разнообразной информации. С другой стороны, далеко не всей этой информацией мы будем реально пользоваться в жизни. Но это не значит, что время было потрачено впустую – это помогло нам определиться с тем, чего мы не хотим менее всего. Ответить, так сказать, на вопрос из старой психоаналитической шутки – «Кого ты ненавидишь меньше – маму или папу?». Подростком я еще не мог сказать, например, что люблю гуманитаристику, в частности, философию. Но не-любовь к черчению или химии точно обозначили направление, в котором нужно двигаться, чтобы быть подальше от не-желанного.

Можно сказать, что моя специальность – форма избегания того, чего я не хочу. При этом я не просто не хотел заниматься так называемыми «точными науками» – скорее, я не хотел заниматься тем, что сегодня могу назвать абстрактным трудом, с которым точные науки более сильно связаны. 

И философия интуитивно показалась мне наиболее безобидной с точки зрения будущего труда деятельностью. Ты можешь размышлять о тех вещах, которые тебя волнуют и придавать результатам этих размышлений авторскую форму. А если за это еще и будут платить деньги, то – вот она, формула призвания. В смысле Макса Вебера – твои личные склонности должны быть признаны обществом для того, чтобы считать их призванием».

Иными словами, иногда легче выбрать не то, что хочется, а то, чего не хочется от слова совсем. Этот совет отлично работает для выбора карьерного пути, с которым бывает так непросто определиться – возможностей много, а в моменте приходится выбрать что-то одно. Рефлексия своих анти-желаний может привести вас к истинным желаниям!

О студенческих годах и выборе профессии

На самом деле, судя по рассказам Андрея Анатольевича, учеба на факультете философии БГУ была весьма интересным занятием. Факультет в то время отличался достаточно вольнодумной средой, профессионализмом и интернациональностью.

«Студенты были из различных культурных и социальных сред – из всех бывших союзных республик, из многих стран Восточной Европы и «третьего мира».  И такие очень разные люди совместно пытались осмыслить проблемы, которые касаются всех. Это было очень интересно и продуктивно. Это очень важная,  содержательная часть моего обучения. Мои однокурсники были однокашниками в буквальном смысле, мы с этими людьми с утра ели кашу в университетской столовке, обсуждая Канта или Гегеля, потом продолжали говорить о них на семинарах, потом после пар гораздо более неформально», – вспоминает Андрей Анатольевич.

Среда вольнодумства была связана с тем, что в перестроечном Советском Союзе, уже можно было заниматься западной философией без подобострастной мины критиканства. Мы стали понимать, что философия не делится на «правильную» и «неправильную». У нас были преподаватели очень высокого уровня, правда, потом они разъехались и заняли хорошие позиции за границей».

Самыми привлекательными вещами в своем обучении Андрей Анатольевич называет либеральную профессуру, студенческое комьюнити, живо заинтересованное в предмете своего изучения, а также культуру синхронности и публичности чтения:

«На фоне сегодняшней информационной пресыщенности, у нас был просто информационный голод. Мы  поджидали новые книги в университетском магазине, ходили на новые фильмы, обсуждали прочитанное и увиденное по горячим следам. Влияние этой культуры параллельного, если так можно выразиться, чтения трудно переоценить в формировании личности».

Несмотря на всю «гуманитарность» своего занятия и любовь к обсуждению книг и обмену мнениями, Андрей Анатольевич во времена студенчества совсем не задумывался о том, чтобы стать преподавателем.

«Не скажу, что я представлял себя преподавателем. Такая перспектива казалась довольно-таки скучной. И вообще у меня были достаточно неадекватные – хочется надеяться, как у многих в молодости – представления о жизни», – смеется наш гость. – «Так вот, когда я поступал на философию, я представлял, как займусь профессиональным овладением смыслом жизни как некой инструкцией. Посвящу этому много времени, прочитаю тексты выдающихся умов, конечно, отброшу их ошибки – ведь предшественникам свойственно ошибаться – а потом обобщу их достижения и применю к жизни! Думал, что этим я и буду заниматься – применять к жизни некие глубоко продуманные принципы. И не просто к своей жизни, а к жизни общества – таково было влияние утопической ауры того времени. Юношеству вообще свойственно мечтать о счастливой жизни. А советская пропаганда умело направляла эти фантазии в определенное русло построения «идеального общества». Мой выход в реальную жизнь совпал с перестройкой – с выходом всей страны из «идеологического сна». У каждого поколения своя история утраченных иллюзий. У моего поколения, полагаю, эта утрата носила особо феерические формы. Но эти утраченные иллюзии открыли мне более захватывающий образ философии – не как поиска единственной истины, но как вопрошания о бытии, говоря языком Хайдеггера. Более того, позже, с помощью психоанализа этот образ философии стал еще более захватывающим и терапевтичным, обращающимся как раз к толкованию идеологических сновидений, к продуктивности самого процесса утраты иллюзий».

А есть ли талант?

Поговорили и о том, существует ли, по мнению преподавателя, талант. Бытует мнение, что людям, которые были «рождены талантливыми», легче определиться, ведь такой дар видно сразу. Андрей Анатольевич считает:

«Я думаю, что Таланта как такового не существует, а что существует, так это гениальность. Мне кажется, что так называемых талантов – переменных величин способностей – у каждого человека множество. И множество возможностей развивать эти таланты в разных направлениях. А вот гениальность одна, и она есть сочетание определенных талантов, развитых до максимума и оптимально совмещенных друг с другом в уникальном ансамбле.

Возьмем, например, фигуру Оппенгеймера, которому посвящен недавний одноименный блокбастер. В этом человеке развились совершенно разные таланты – физика, администратора, знатока индуизма и др. И вдруг они совместились в уникальном проекте – создания атомного оружия – который, возможно, в то время и был по плечу только такому человеку как Оппенгеймер. В этой «предустановленной гармонии» человека и времени и кроется гениальность. Так что, для того, чтобы талант был талантом, он должен воображать себя гением, видеть некую сверхзадачу – это задаст направление развития частных способностей и их возможную «точку схода», перспективу жизни, одним словом. Если нет такой перспективы, любой талант окуклится и засохнет».

И на самом деле, невозможно не согласиться с тем, что, если присмотреться, каждый человек талантлив, и далеко не в одной вещи. Здесь главное – исследовать себя и не бояться пробовать новое, раскрывая свои способности и возможности по максимуму. В любой профессии необходим творческий подход, и если не забывать о нем, даже то дело, в котором вы никогда не видели себя, может вдруг стать любимым. Важно не забывать о том, что каждый из нас таит в себе целый «ансамбль» талантов, который и позволяет нам чувствовать себя самими собой.

Не все наше интервью с Андреем Анатольевичем, конечно, было таким серьезным, как может показаться. Даже такие сложные темы вроде поиска себя, своих истинных умений, талантов и стремлений, таят в себе множество забавных явлений. К примеру, преподаватель поделился занятной историей о своем первом рабочем дне по выбранной профессии:

«Я начинал в Республиканском институте высшей школы. Это были курсы повышения квалификации для преподавателей – приезжали преподаватели из других вузов, и им читали лекции по современным направлениями предметов. Я тоже попал туда, и первая моя лекция была в большой аудитории с трибуной… Я вышел на негнущихся ногах, потому что это было крайне волнительно, тем более я ведь не собирался быть преподавателем! Я просто собирался переустраивать мир… Правда, непонятно, в качестве кого. А тут – преподавание. Как потом выяснилось, оно вполне может быть моим призванием. И вот, в аудитории, набитой преподавателями со стажем из разных городов, я от волнения смотрел по бумажке буквально все – план лекции, как представиться, как огласить тему и проблемы. А потом я задаю вопрос – формальный, его всегда надо задавать – «ну, если никаких вопросов нет, то переходим к…». Я его задал, и уже готов был перейти к основной части, как вдруг из аудитории послышался ответный вопрос – уже не риторический: «А какой у вас стаж?» Я не ожидал, конечно же, услышать такого. Я сразу же вспомнил Довлатова: когда к нему – он был очень высоким человеком, просто верзилой – на улице подошел пьянчужка и спросил: «Какой у тебя рост?». И неудачник Довлатов в ответ отшутился: «Да нет у меня никакого роста!» – имея в виду, конечно, рост в переносном смысле – карьерный или личностный.

И я уже был готов ответить, как Довлатов: «Да нет у меня никакого стажа!». Но было интуитивно понятно, что вопрос в другом: как вы, человек без опыта, можете повысить квалификацию опытных педагогов, как вы вообще выкрутитесь из самой ситуации такого вопроса?

Я ответил в том духе, что, по-моему, если у человека есть, что сказать, то это не зависит напрямую от стажа, и что сейчас мы это либо подтвердим, либо опровергнем. Это в общем если не удовлетворило, то повеселило всех.

Так, меня, только начавшего учить, самого научили одному из основных умений преподавателя, которое заключается не в том, чтобы спрашивать студента и сличать его ответы с правильным ответом в своей голове. А в том, чтобы отвечать на непоставленные вопросы».

О поиске своего места в жизни

И все же, чтобы так умело выкрутиться в такой ситуации, нужно чувствовать себя действительно на своем месте и верить в свои силы. Так как же понять, что это место – твое? Как не ошибиться в выборе и понять, к чему стоит стремиться? Андрей Анатольевич отвечает на эти вопросы развернуто и по-философски:

«Нужно быть открытым тому делу, которое тебе по плечу или даже на вырост. И когда ты встречаешься с этим делом, не бояться браться за него. Ведь мы хотим найти себя не просто по имени и фамилии, по такой строгой идентичности, а найти себя в своих решениях по жизни – это и есть твоя суть. Наши задачи по жизни зачастую не решаются до конца или даже не решаются вообще, и наше Я возникает как совокупность этих неудач, неразрешимостей. И ответственность за эти неудачи мы всегда ищем в нашем Я: что же внутри нас помешало успеху? Это и есть глубинный поиск себя, я думаю. Мы узнаем себя в успехе и в неудачах, это и есть мы. А успех и неудача возникает в новых делах, поэтому нужно стремиться к новым занятиям. Кроме того, чем быстрее проходит время за занятием, тем больше оно подходит на роль твоего призвания. Соответственно, чем тягостнее время, тем менее удачен твой выбор. Это лишь один из критериев, но он достаточно эффективный».

При этом, как рассказывает преподаватель, во времена его студенчества самоопределение значило «выбрать из двух зол меньшее». Сегодня же существует реальный, независимый выбор. Однако, как считает Андрей Анатольевич, «иногда сложнее выбрать между ста оттенками добра, среди которых, к тому же, часто гнездится зло».Конечно, кроме внутренних рассуждений, иногда полезно и прибегнуть к наталкивающим на мысли примерам из литературы и кино. Для чего Андрей Анатольевич советует, например, роман Марселя Пруста «В поисках утраченного времени» – «настоящую энциклопедию жизни, содержащую в себе не только ситуации, схожие с теми, в которых ты побывал или в которые можешь попасть, но и ситуации самые для тебя немыслимые. Таким образом они также входят в твою жизнь, расширяют диапазон жизненного опыта». По мнению преподавателя, этот роман показывает, каким образом вся мистика и вся метафизика коренятся внутри нашей самой обычной жизни. И на своем примере показывает, как ты способен увидеть это обыкновенное чудо в своей жизни.

Немного о кинематографе

Говоря о кино, наш гость призывает – смотрите Тарковского! Начиная с фильма «Сталкер», который завораживает необъяснимо притягивающей атмосферой, глубиной идей и тайной мечтой героя фильма – чтобы все стали счастливыми, причем бесплатно.

На вопрос «были ли у него мечты?» наш герой отвечает утвердительно: «Да, две. Изменить мир и иметь любую книгу, которую захочу».

Второе желание исполнилось на удивление быстро и легко благодаря Интернету. А говоря о первом, Андрей Анатольевич вспоминает образ Писателя из фильма «Сталкер» Тарковского: «В своем ключевом монологе Писатель, говорит о том, что он хотел изменить мир, а на самом деле мир изменил его. Так он подытоживает трагедию своей жизни – ему не удалось не только улучшить мир, но и сохранить себя, свои лучшие стремления. Но, с одной стороны, столкновения с жизнью не выдерживает любая, самая благая идея. И не факт, что это хуже для жизни. У жизни есть своя логика, которая мстит любому рьяному реформатору, накладывающему на нее свои схемы. С другой стороны, человек изменяя мир, изменяет и себя самого – под напором сопротивляющейся его планам жизни. Собственно, это взаимное изменение человека и мира и есть жизнь. Вот я могу сказать, например, что хотел изменить студентов, а изменили-то скорее они меня. В этом и есть правда жизни, признавая которую, у нас сохраняются шансы и изменить мир, и стоически пережить собственные изменения».

Кстати, Андрей Анатольевич не так давно закончил свою книгу – это была еще одна из его больших целей, которая помогала ему определить себя. Пока что она еще не опубликована, но редакция The EHU Times, и, думаю, наши дорогие подписчики и подписчицы, будут с нетерпением ждать окончательного исполнения мечты нашего гостя: выхода его книги.

На этой прекрасной ноте и завершилось наше замечательное интервью о поиске себя. Так что, друзья и подруги, помните: как бы ни было сложно, каждый преодолевающий шаг – шаг, приближающий вас к собственному Я. Человек ищет себя всю жизнь, и в этом случае не стоит ограничивать себя временными рамками. А The EHU Times желает теплого сентября и богатых на события осенних дней. До новых встреч!

Авторка: Маргарита Мороз