The EHU Times

ГЛАВА 5. ЗЛОСТЬ

Он проснулся ночью. Встал с кровати. Пошел на кухню. Достал из кухонного шкафа пачку сигарет. До сегодняшней встречи с Олегом он не курил уже больше трёх лет. Хотя нет, Роман Вайс начал курить ещё до сегодняшней встречи с Олегом. Внезапно зазвонил телефон.

― Ало…

         ― Ну что, виделся с ним?

Рома знал чей это голос. Тот самый голос, который он давно возненавидел, ведь он не предвещал ничего хорошего.

         ― Да, он не дал никаких ответов, но я понял, что они с Кариной живут вместе.

         ― Отлично. Действуй по плану.

         ― Послушайте!…

В ответ он услышал только гудки, которые говорили, что разговор окончен. Рома настолько прикусил фильтр сигареты, что даже услышал хруст и скрежет собственных зубов. Он никогда ещё не испытывал такой злости!

― Ты чего не спишь?

Вайс вздрогнул. Он обернулся и увидел стоящую перед ним Марго. Она стояла, скрестив руки на груди, её лицо выражало беспокойство.

         ― Ты что, куришь? Ты же бросил!

         ― «Прости, слегка нервничаю. Проблемы на работе. Иди спать, я сейчас приду», ― сказал Рома, быстро туша сигарету в пепельнице.

         ― Ты врешь! Зачем ты сегодня встречался с Олегом?

Юрист был готов ко всему, но только не к этому вопросу:

         ― Ты с ним разговаривала?

         ― Да. И он был обеспокоен твоим поведением. Что ты был сам не свой и упрекнул его том, что они с Кариной сейчас вместе…

― «НЕ ЛЕЗЬ НЕ В СВОЁ ДЕЛО!», ― никто не ожидал такого, но крик будто разрезал квартиру надвое. Марго посмотрела на него испуганными глазами, молча развернулась и ушла в сторону спальни. 

Он вновь закурил сигарету, достал бутылку рома с верхней полки кухонного шкафа и налил в стакан. За спиной он услышал всхлипывания – она плакала. Однако он не испытал стыда. Вайс испытывал только злость и то, что его гордость втоптана в землю.

Однако Роман не мог этому противиться, хотя как юрист понимал, что на кону не только его свобода, но ещё и жизнь. Он пошёл к себе в кабинет и вынул что-то из ящика рабочего стола. Затем накинул рубашку, пиджак и выскочил из квартиры.

***

Олегу не спалось. Он понимал: что-то явно не так. Его чутьё подсказывало, что что-то должно произойти и это что-то явно не сулило ничего хорошего. Паранойя? Похоже на то.

― «Чего не спишь, Лис? Опять думаешь каких куриц завтра стащить?», ― раздался в ночной тишине голос Карины. Шутила. Она прижалась к его груди и на мгновение Олег почувствовал лёгкое спокойствие. Что-то даже похожее на детскую радость, которую он уже давно не испытывал. Но тревога никуда не делась.

         ― Прости, родная. Что-то мне не спится.

         ― «Что тебя тревожит?», ― она приподнялась, посмотрела ему прямо в глаза и прикоснулась к его щеке.

         ― Если бы я знал… Такое чувство, что что-то должно произойти нехорошее, и очень скоро.

Она поцеловала его так крепко, что он просто начал теряться в ней, такое чувство, что время и жизнь превратились в вечность. Тревога никуда не делась, но Олег не мог этого сказать Карине.

         ― Спасибо, солнце. Но мне надо покурить и пройтись…

Олег встал, натянул джинсы, накинул майку и джинсовку, которую носил с седьмого класса. Подарок отца. Потом вышел на лестничную клетку, по пути доставая сигарету из пачки. Ему послышалось, что Карина что-то сказала ему на прощанье. Лисовский вышел на улицу и двинулся в сторону Зелёного моста. Опять показалось?

Такое чувство, что за ним кто-то следит. В таких случаях Олег всегда жалел, что не полицейский, а всего лишь журналист. У него не было пистолета, а сейчас бы он пригодился. Особенно учитывая то, что произошло через минуту после того, как Олег достиг моста.

         ― «ОЛЕГ!», ― послышалось из-за спины.

Олег чувствовал, что на него направлен не только человеческий взгляд. Держа сигарету у губ, он нервно стиснул зубы. Холод, тот самый холод, который он чувствовал каждый раз, когда стоял на краю. Когда умерли его родители, учитель, когда он сам стоял на крыше и смотрел вниз. Лисовский знал, что рано или поздно это все равно произойдёт и поэтому он сделал последний затяг, выбросил сигарету в близлежащую лужу и медленно повернулся.

         ― Здравствуй, Рома.

Рома Вайс стоял перед Олегом. Между ними было где-то метров пять. В руках у юриста был револьвер, дуло которого было направлено на него.

― «И что дальше?», ― спросил Лисовский.

         ― «А ты сам не догадываешься?», ― с некоторой капризностью ребёнка, спросил Вайс.

― «Ты у нас юрист, а вопрос я так понимаю риторический», ― Олег нашёл бы эту шутку остроумной при других обстоятельствах.

         ― Ты сам привел к этому! Ты не оставил мне выбора! Нужно было сделать это раньше, ещё когда ты мне сказал о том, что всегда испытывал чувства к Карине!

Олег отчетливо видел глаза Ромы. В них был только страх. Ни грамма ненависти. Лисовский понял, что дело далеко не в ревности, и как бы Рома не пытался изобразить то, что он решил убить друга из-за девушки, мотив его действий не был таковым.

― Рома, скажи, что с тобой?! Это совсем не похоже на тебя. Чтобы ты направил на меня пистолет из-за девушки?

         ― ЗАТКНИСЬ! ТЫ НИЧЕРТА НЕ ЗНАЕШЬ!

         ― Да не знаю, ну так расскажи! Что случилось? Может я могу тебе помочь!

Рома держал пистолет одной рукой перед собой и после слов Олега она начала дрожать. Он ни разу не стрелял в человека, а тем более в лучшего друга. Черт! ЧЕРТ!!!

― «Я должен это сделать! На этот раз на кону не только моя жизнь!», ― Рома начал придерживать пистолет двумя руками.

         ― «Я тебя понял. Так и думал. Мне кажется, что тебе лучше сейчас ответить», ― Лисовский стоял неподвижно, однако кивнул головой в сторону кармана Ромы. Тот видимо настолько увлёкся, что не заметил, как ему кто-то позвонил. Не отводя пистолета и взгляда с журналиста, Рома достал старый кнопочный телефон и ответил:

         ― А-ало… Что? Нет не делайте этого, он у меня на мушке!

В этот момент Олег ринулся в сторону Вайса, нагнувшись вперед. Журналист сбил юриста с ног и тот уронил пистолет. Роман не вырубился, однако он не успел сообразить, что происходит. Лис ударил Зайца несколько раз по лицу из-за чего тот всё-таки потерял сознание. Лисовский взял телефон Ромы и увидел, что разговор ещё идёт.

         ― Говорит Лисовский.

         ― Олежа, здравствуй. Будь добр, вышиби себе мозги иначе моя рука нажмет на курок и вышибет мозги Маргоше!

Олег чуть не выронил телефон из рук. Он знал этот мужской голос, но не мог вспомнить откуда. Марго у него? Какого чёрта? Что это за кошмарный сон, от которого хочется моментально вскочить с постели.

― Дай мне с ней поговорить!

         ― Ооо, нет! Это моя игра, и тут только мои правила! Если через секунду я не услышу звук выстрела, она умрёт. Хотя я в любом случае выиграю, ты всё равно застрелишься из чувства вины!

         «Подожди!!!»

Олег услышал хлопок.  И в тот же момент телефон выпал из его рук. Он понял одно. Неважно какое решение он принял, Марго бы всё равно умерла. Лисовский понял лишь одно: сейчас не время поддаваться панике. Пошел дождь. Он не обратил на это внимание, достал из пачки очередную сигарету и закурил. Поднял пистолет с асфальта. Смит вессон 686. Роме всегда нравились револьверы, но самое что интересное: у юриста точно не было разрешение на оружие. Вайс специализировался на бракоразводных процессах. Ему оружие без надобности. Откуда? Кто ему его дал?

Второй вариант был верным. Кто-то манипулировал Вайсом. Лисовский, конечно, предполагал подобное, но не думал, что это так. Рома в своё время прошёл психотерапию, и заочно закончил псих.фак. Поэтому базовые манипулятивные приёмы на нём не работают. Чтобы заставить его убить человека, нужно какое-то очень сильное воздействие. Например шантаж.

Шантажировать Рому риском жизни для Маргариты? Да, могло бы сработать, однако какое должно быть обстоятельство, чтобы Вайс не пришёл к своему другу журналисту за помощью? Простой риск для жизни подруги тут не сработает. Родители? Братья? В любом случае, нужно дождаться пока он очнется.

Олег докурил сигарету и выбросил её с моста. Только сейчас он заметил, что он рассек бровь. Дальше он достал ремень из-за пояса и связал руки Ромы у него за спиной. Пистолет и телефон он держал в руках. Он достал свой смартфон и набрал давний номер своего друга-оружейника.

         ― Ало, Слава? Мне нужна твоя помощь. Да, я понимаю, что четыре часа утра, но я бы не позвонил без острой необходимости…

Дальше Олег позвонил Маргарите. Она не ответила. Телефон Ромы ― не его собственный телефон, Лисовский догадался об этом сразу. В него был вбит всего один телефон: тот который ему позвонил. Олег позвонил на настоящий телефон юриста и вот Марго ответила. Она жива. Олег вкратце объяснил ситуацию велел дождаться Арсенина. Слава должен был отвезти её на квартиру к журналисту, по пути забрав их с Ромой. Карине он также позвонил и предупредил её. Теперь осталось дождаться Арсенина.

Олег наконец-то выдохнул. Взял ещё одну сигарету из второй открытой пачки. Что происходит? Ситуация вымотала его больше в эмоциональном плане, чем в физическом. У него не было сил даже думать. Единственное, что осталось, собрать всех действующих лиц в одном месте и узнать какую роль выполнял каждый из них.

Рома очнулся. Такое чувство, что он был на пути в ад, но что-то его вернуло назад. Голова раскалывалась, перед глазами был асфальт, руки были за спиной и опереться на них он не мог. Вайс напряг ноги, перевернулся и сел. Рядом сидел его «лучший друг», оперевшись на ограждение моста.

― «Бошка болит! Ну ты и козёл!», ―простонал юрист.

         ― «Кто бы говорил. Из нас двоих под стволом стоял не ты», ―сказал Олег, показав пистолет.

         ― Я тебе ничего не скажу, иначе…

         ― «Марго в безопасности, Заяц. Они уже едут к нам со Славой Арсениным», ― Лисовский нервно подкурил вторую сигарету. И с осуждением посмотрел на Романа. Тот опустил голову и через какое-то время начал смеяться в истерике. Олег не обращал на это внимание и продолжал курить. Издали был слышен звук подъезжающей машины. Это был Jaguar XE, тот самый который Слава купил год назад. Олег посадил на заднее сиденье Рому, и они направились на квартиру в его квартиру. В данный момент Олег не испытывал ничего, кроме одного чувства, которое лис испытывает во время ранения: злость и агрессию.

Автор: Илья Лисовский