The EHU Times

Преподаватели департамента политологии ЕГУ прокомментировали пресс-конференцию А.Г. Лукашенко.

3 февраля президент Беларуси А.Г. Лукашенко провел 7-часовую пресс-конференцию, на которой, среди прочего, позволил себе ряд резких высказываний в адрес Кремля. Портал The EHU Times обратился к преподавателям департамента политологии ЕГУ Татьяне Чулицкой и Андрею Степанову с просьбой прокомментировать нынешние беларуско-российские отношения.

— В последнее время разногласий в отношениях Беларуси и России было много: это и споры о ценах на энергоносители, это и введение Россией приграничной зоны, и неоднозначная реакция России на введение Беларусью безвизового 5-дневного режима для граждан 80-ти стран. На ваш взгляд, чем именно были вызваны резкие высказывания президента Беларуси А.Г. Лукашенко в адрес Москвы на его последней пресс-конференции?

Татьяна Чулицкая: Здесь было бы более уместно говорить о ситуации одностороннего внедрения Российской федерацией приграничной зоны, которая составляет сейчас 30 км, это не ситуация, которая возникла в один день. Это итог довольно длительного конфликта, который завязан, конечно же, на ценах на энергоносители, то есть поставки нефти и газа, а также нежелании российской и белорусской стороны прийти к компромиссу. Очевидно, российская сторона заинтересована в одном сценарии, беларуская — в другом. В интересах Беларуси — сохранение статус кво, то есть тех цен на поставки, которые уже существуют, и, соответственно, своих выгод от продажи продуктов нефтепереработки. Российская сторона в силу изменений внешней конъюнктуры рынка уже который год подряд пытается выступить за изменение цен на энергоносители для Беларуси. В общем, весь конфликт из-за этого. То, что мы сейчас получили такую эскалацию конфликта и громкие заявления Лукашенко связано со спорами о ценах на энергоносители.

Фото: Татьяна Чулицкая

Существует еще один важный момент, который, возможно, сейчас даже выше по значимости. Это решение Беларуси предоставить возможность безвизового въезда на 5 дней гражданам 80-ти стран, которые условно считаются «террористически безопасными». Если мы проследим хронологию этого конфликта и установление Россией пограничной зоны, то непосредственно поводом послужило именно решение Беларуси о безвизовом въезде. Если смотреть глубже — это желание российской стороны показать Беларуси, что Россия не очень заинтересована в большей открытости Беларуси к Западу. Показать, что какая-то грань, нарушение которой россияне готовы стерпеть, беларуским правительством перейдена. Если мы посмотрим российские новости, то там достаточно однозначно говорилось, что ситуация, в которой в Беларусь смогут приезжать без виз люди из 80 стран, опасна для России. В свою очередь Беларусь ответила следующим образом: посмотрите, кто приезжает в Россию и не создает ли это угрозы для Беларуси. На мой взгляд, медийная эскалация началась гораздо раньше, а то, что мы услышали от Лукашенко в адрес Кремля совсем недавно, — это итог развития всей ситуации.

Андрей Степанов: На мой взгляд, резкие высказывания А.Г. Лукашенко в адрес Москвы — это, скорее, результат накопления проблемных вопросов. С другой стороны, что 5 лет назад, что 10 лет назад — у Лукашенко всегда одна и та же стратегия. Для меня в так называемых обострениях отношений с Россией нет ничего непредвиденного. Это обычный сценарий, по которому движется власть страны, даже конкретно скажу, что это, в принципе, стратегия Лукашенко: игры с Россией, особенно что касается энергоресурсов; игры на территории независимости и суверенитета страны, которые Лукашенко обычно использует в те моменты, которые ему кажутся удобными, и повороты в сторону Европы. Эти аспекты до сих пор актуальны при построении отношений с Россией, потому что Путин на это реагирует достаточно жестко.

Фото: Андрей Степанов

— После высказываний А.Г. Лукашенко о России и после его отказа приехать на евразийский саммит в Москве ряд СМИ предположили, что Беларусь может покинуть ЕАЭС. На ваш взгляд, насколько реален такой сценарий?

Татьяна Чулицкая: Я думаю, что выход Беларуси из ЕАЭС — это не совсем реальный сценарий. Мне кажется, что нынешний конфликт — это попытка балансирования между Востоком и Западом. При этом балансировка связана с поиском ресурсов для поддержания политической власти в лице, в частности, господина Лукашенко, которому нужны средства для поддержания своей легитимности. Пока что кредит от МВФ Беларусь не получила, никаких дополнительных субсидий или помощи от Европейского банка реконструкции и развития либо каких-то других международных фондов также нет. Переговоры об этом, конечно, ведутся, но пока Лукашенко от «пути на Запад» никаких материальных выгод не получил. Поэтому отворачиваться от Востока в этой ситуации нет смысла. Другое дело, если, например, сейчас реализуется немного сюрреалистичный сценарий: допустим, Беларусь вступила в ВТО, Беларусь получила кредит МВФ, восстановила членство в Совете Европы, — тогда да, зависимость от российских денег снижается и связи на Востоке ослабляются. Но глобально это не выгодно ни Лукашенко, который заинтересован в том, чтобы по возможности получать деньги из обоих источников, ни России, которая имеет в Беларуси свой геополитический интерес — сохранить Беларусь в качестве буферной зоны, как в стратегическом, так и в идеологическом измерении. Россия рассматривает Беларусь как зону своего влияния .

Андрей Степанов: Выход Беларуси из ЕАЭС — думаю, что нет. Потому что очень много усилий для членства в ЕАЭС уже предпринято. То, на что пошла Беларусь с точки зрения стандартизации продукции, повлекло большие изменения с точки зрения законодательства, очень много акторов пострадали из-за этого внутри Беларуси: малый бизнес, в том числе. Давать обратный ход в данной ситуации власти Беларуси пока не будут. Ситуация экономическая в Беларуси пока не стабилизирована и обещанных «по 500» пока мы не видим.

— Как вы думаете, могут ли запланированные на этот год учения «Запад-2017» быть отменены из-за последних разногласий России и Беларуси?

Татьяна Чулицкая: Я не думаю, что учения «Запад — 2017» будут отменены. Пока не вижу для этого никаких предпосылок. Возможно, по мере приближения сроков эти учения перенесут. Но, повторюсь, я пока не вижу предпосылок к тому, чтобы военные, политические и экономические связи России и Беларуси каким-то образом разрушались.

Андрей Степанов: Учения могут быть отменены или перенесены. Потому что учения имеют очень сильное символическое геополитическое значение, в очередной раз показывая Западу, насколько Россия дееспособна в этом регионе, и Беларусь может на этом сыграть.

— Каков ваш прогноз, чем закончится нынешнее обострение отношений России и Беларуси?

Татьяна Чулицкая: В этой игре слишком много неопределенных — информации, которой никто не владеет, кроме «верхушки» России и Беларуси. Если принимать во внимание специфический политический цикл Беларуси, то пока дело не доходит до выборов, Беларусь вполне может позволить себе дружить с Западом. Беларусь пока не склонна сворачивать с условного пролиберального, прозападного пути. До следующих выборов в Беларуси я не думаю, что у нас пройдет какая-то десинхронизация отношений с Европой.

Говоря об отношениях Беларуси и России, предположу, что Беларуси придется идти на какие-то уступки в отношении цен на энергоносители, так как Россия в любом случае остается поставщиком, а Беларусь — покупателем.

Андрей Степанов: Если почитать прочую аналитику, все сводится к одной идее: Лукашенко опять пытается обвести Россию вокруг пальца. Я думаю, ему это удастся — в очередной раз. Как никогда, Россия сейчас уязвима в точки рения геополитической, поэтому Беларусь как единственный союзник в западном направлении, особенно важна сейчас. Россия будет держаться за Беларусь всеми силами, всеми возможными способами, при этом пытаясь показать свою силу. Для российской политики до сих пор политическая власть — это демонстрация силы.

Яна ЛЕШКОВИЧ