Палітыка / Эканоміка

Экс-премьер Литвы: Китайская модель для Беларуси? Ну-ну…

????????????????????????????????????

Вчера Президент РБ Лукашенко Александр провел совещание по совершенствованию вопросов налогообложения и взимания арендной платы за земельные участки. обсуждались изменения нормативно-правовых актов, которые затронут административные процедуры, такие как взимание госпошлин, патентных пошлин и арендной платы за земельные участки.

В Беларуси все чаще говорится о необходимости проведения глубоких экономических реформ, однако их параметры широкой публике пока неизвестны.  

Президент уверен, что система налогообложения не может быть застывшей. Также она должна быть максимально стабильной. В ближайшее время в непростой кризисный период масштабных нововведений не ожидается.

Бывший премьер министр Литвы (1999-2000 г. и 2008-2012 г.) Андрюс Кубилюс, называемый на родине политическим кризисным менеджером в интервью EHU Times говорит, что внешне декларируемая ориентация белорусских элит на «китайскую модель экономики» — скорее всего иллюзия.

 EHU Times: Когда популярно объясняют, чем главная разница между финансовой политикой, которую уже более 20 лет проводят разносоставные правительства Литвы, то говорят, что в Литве при разных прецедентах преодоления больших и малых кризисов есть одна непоколебимая вещь — деньги остаются при своей цене. В Беларуси чаще всего проблемы дыр в публичных финансах решаются девальвацией. Очередную неделю назад белорусскому правительству предложил мировой банк в качестве решения сложившихся проблем. Что вы об этом думаете?

Андрюс Кубилюс: Я не слишком разбираюсь в белорусских цифрах. Но примерно понимаю, с какими из нам знакомых по опыту проблемами сталкиваются наши белорусские соседи. Еще в девяностых годах мы приняли решение, что наши промышленные предприятия должны выйти из большинства промышленных цепочек Советского Союза. Это решение для некоторых предприятий было болезненное. Например Вильнюсский завод топливной аппаратуры изготавливал топливные насосы для КАМАЗа. Конечно, такие заводы вынуждены были закрыться. На похожей транзитной стадии сейчас находится Украина. Я не говорю, что белорусская промышленность должна в один миг оборвать эти производственные цепочки, но промышленники должны помнить, что участие в таких производственных цепочках, которые создают, либо сохраняют не самые передовые страны мира…

EHU Times: Вы имеете ввиду Россию?

Андрюс Кубилюс: В приципе — да. Значит такое участие приносит далеко не только плюсы, но и минусы. Это и большая зависимость, т. е. риски. Тем более, что конечный продукт этой цепочки чаще всего не конкурентоспособен на глобальном рынке. Либо его возможно продать только за очень дешево. В таком случае нужно очень хорошо подумать, занимаешься ли ты перспективным производством и хорошем бизнесом.

Второй фактор, который нам пришлось пережить — это российский дефолт 1998 г., отразившийся на нашей экономике годом-двумя позже. До того времени около 50% литовского экспорта предназначалось для российского рынка. Из за российского кризиса этот баланс изменился сам собой. Хотя и болезненно, но многих эта ситуация довела до ума, что на российском рынке можно заработать баснословные прибыли, но бизнес — очень рискован. И именно тогда большинство литовских предпринимателей сделали выбор на более сложный, но более прогнозируемый рынок Европы. И достаточно успешно. Даже те секторы экономики, которым прочили крах — сельское хозяйство, химическая промышленность и другие.

Последний — глобальный финансовый кризис нас так-же заставил выучить новые уроки, а именно, что агробизнес выдержал трудности и лишения кризиса лучше всех. Другой хороший посыл был нами сделан 20 лет назад, когда мы в свою монетарную систему ввели модель валютного правления (currency board). Мы привязями свою валюту сначала к доллару США, а потом к Евро, потеряли все инструменты влияния на курс валют, но это нас уберегло от соблазна играть курсами валют при появлении какой то проблемы. Так что в 2009 г. мы даже не пытались играть  в девальвацию, при которой, как говорят некоторые экономисты, можно достичь определенных выгод. Мы сразу решили, что произведем процесс так называемой внутренней девальвации: уменьшать зарплаты, а вместе с тем удешевлять рынок рабочей силы. И маниакально экономить на каждом действии. Это помогло скоро выйти на финансовые рынки, продать облигаций,  и этим поднять конкурентоспособность страны. После этого наш экспорт рос по 30% в год.

Девальвация вроде бы имеет свои плюсы, но, я думаю, они краткосрочные и имеют другие негативные последствия. Они особенно больны для людей имеющих сбережения и кредиты в конвертируемой валюте.

Другими словами, мы всегда избирали другой путь нежели Беларусь.

Мы недавно делились своим опытом преодоления кризиса в Хорватии, в стране, в которой средняя заработана плата находится на 9 месте в ЕС и опережает много стран членов блока, в том числе и Литву. Но гримасы этой роскоши (они отказываются принимать меры по удешевлению рабочей силы) — это пять лет стагнирующая экономика и госдолг, который возрос от 30 до 90% ВВП. И если 2003 г. они имели показатели 60% ВВП на душу населения (Литва в то время 45%) по сравнению с среднего уровня всего ЕС, то в пришлом году хорваты остались на том же уровне, а показатель Литвы вырос до 75%.

EHU Times: Беларусь в своем обществе строила мини-СССР многие годы. Однако путь преобразований наверное неизбежен. С какими главными вызовами столкнется белорусское руководство и общество в целом, если предпримут попытку пойти путем реформ западного образца?

Андрюс Кубилюс: Очень трудно сказать. Реальность такова, что за восточной границей Литвы начинается не только Беларусь, но большое пространство — Россия, Казахстан, Китай… Страны, которые в моем понимании пытаются копировать китайский опыт построения экономики. В экономике немножко свободы, еще больше элементов госкапитализма со всеми его прелестями и политической вертикалью.  Китай 30-40 лет выглядет одной из самых успешных стран. Но над китайской действительностью начинают сгущаться все более темные тучи.

Китай до сих пор показывает внушительный рост но у меня сомнения в том, насколько возможна копия китайской модели в регионах бывшего СССР. Как китайская модель может коррелировать с бывшей советской системой социального равенства, которую и Россия и Беларусь пытаются сохранить.

Я Беларусь представляю европейским государством и насчет имплементации китайской модели в это общество — я не уверен. Другой вопрос простые схемы предпочитающие энтузиасты упускают одну важную особенность китайской модели: не смотря на внешний дефицит демократии вопрос о сменяемости, ротации власти в Китае поставлен на уровне автомата. И по вопросам развития страны проходят очень бурные внутрипартийные дискуссии. В конце концов, какой Китай по сравнению с Беларусью имеет несравнимо более развитую рыночную экономику.

Беседовал Ритас Стасялис

Front page photo: Paulius Lileikis

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s

This site uses Akismet to reduce spam. Learn how your comment data is processed.